Что такое анализируемость и почему желание измениться не всегда означает готовность к психоаналитической терапии

Это один из самых распространенных вопросов, который возникает у людей, впервые задумывающихся о психотерапии. На первый взгляд ответ кажется очевидным: если человек страдает, хочет разобраться в себе и готов посещать терапию, значит психоанализ ему подойдет. Однако в психоаналитической традиции существует особое понятие — анализируемость.

Аргентинский психоаналитик Горацио Этчегоен посвятил этой теме отдельную главу в книге «Основы психоаналитической техники». Он показывает, что одного желания измениться недостаточно. Важно другое — способен ли человек использовать аналитические отношения как пространство для понимания себя. Именно в этом заключается смысл анализируемости.

Иногда можно услышать выражения вроде: «Этот пациент анализируем.» или «Он не подходит для психоанализа.» Подобные формулировки могут создать впечатление, будто существуют люди, которым психоанализ «разрешен», и те, кому он «запрещен». На самом деле все гораздо сложнее. Анализируемость — это не ярлык и не диагноз. Это

способность человека постепенно превращать свои переживания в предмет размышления. Другими словами, вместо немедленного действия появляется возможность остановиться и спросить себя: «Что сейчас со мной происходит?». Именно с этого момента начинается аналитическая работа.

Каждый человек время от времени действует импульсивно. Но бывают ситуации, когда действие становится единственным способом справиться с внутренней болью. Вместо того чтобы пережить утрату, человек: уходит в алкоголь; разрывает отношения; исчезает без объяснений; начинает новую жизнь «с понедельника»; полностью погружается в работу; совершает необдуманные поступки.

Со стороны может казаться, что человек постоянно что-то меняет. Но внутренний конфликт остается тем же самым. Психоанализ становится возможным лишь тогда, когда между переживанием и действием появляется пространство для размышления.

Многие люди искренне говорят: «Я хочу понять себя.»И действительно хотят. Но одновременно могут испытывать большие трудности с тем, чтобы: регулярно приходить на встречи; выдерживать эмоциональную близость; говорить о неприятных

чувствах; переносить разочарование в терапевте; сохранять отношения, когда становится трудно. Все это не говорит о плохом характере. Чаще всего подобные сложности являются следствием особенностей развития личности.

Американский психоаналитик Нэнси Мак-Вильямс и Отто Кернберг предлагают смотреть не столько на диагноз, сколько на уровень организации личности. Именно он во многом определяет, каким образом человек переживает стресс и строит отношения.

Как правило, такие люди способны: замечать свои чувства; размышлять о причинах своих поступков; выдерживать внутренние противоречия; сохранять отношения даже во время конфликтов. Именно эта группа пациентов чаще всего хорошо использует классический психоанализ (кушетка, 3-4 раза в неделю).

Здесь ситуация значительно сложнее. Многие пациенты с пограничной организацией личности успешно проходят психоаналитическую терапию. Однако работа обычно строится иначе. Главной задачей становится не столько поиск бессознательных смыслов, сколько развитие

способности: выдерживать чувства; сохранять отношения; не заменять переживание действием; постепенно формировать более устойчивое чувство собственного Я. Иногда именно этому посвящены первые годы терапии.

При выраженных нарушениях контакта с реальностью классический психоанализ обычно не является методом первого выбора. В подобных случаях значительно важнее обеспечить человеку чувство безопасности, стабилизировать состояние и только затем обсуждать возможность глубокой аналитической работы.

Это одна из самых важных мыслей Горацио Этчегоена. Человек может быть недостаточно готов к психоанализу сегодня и стать значительно более анализируемым спустя несколько лет. Иногда благодаря медикаментозному лечению. Иногда благодаря поддерживающей психотерапии. Иногда вследствие жизненного опыта.

Поэтому вопрос звучит не так: «Подходит ли этот человек для психоанализа?»

Гораздо точнее спросить: «Насколько в настоящий момент его психика способна использовать аналитическую работу?»

Еще одна важная мысль Этчегоена заключается в том, что анализируемость нельзя рассматривать исключительно как свойство пациента. Она рождается внутри отношений между пациентом и аналитиком. Даже человек с выраженными трудностями может постепенно становиться более способным к анализу, если терапевтические отношения оказываются достаточно устойчивыми, безопасными и последовательными. И наоборот, неподходящий терапевтический контакт способен существенно снизить возможность глубокой работы. Поэтому вопрос анализируемости — это всегда вопрос встречи двух людей. 

Желание измениться — необходимое условие психоанализа. Но далеко не единственное. Психоаналитическая терапия требует способности постепенно заменять действие размышлением, выдерживать эмоциональную близость, сохранять отношения в моменты разочарования и проявлять искренний интерес к своему внутреннему миру. Именно поэтому иногда подготовка к психоанализу становится не менее важной частью лечения, чем сам анализ. В этом нет ничего плохого. Это лишь означает, что психика развивается постепенно — так же, как постепенно развивается способность понимать самого себя.

Многие люди приходят с надеждой, что терапевт поможет быстро убрать боль. Но психоаналитическая работа начинается в тот момент, когда появляется готовность не только искать облегчение, но и с любопытством исследовать собственный внутренний мир, даже если это исследование оказывается непростым.

Именно эту способность психоаналитики называют анализируемостью.